Ж/д сообщение с Грузией через Абхазию: политические противоречия против экономической выгоды

В экспертном и политическом сообществе вновь активизировалась дискуссия о возможности возобновления прямого железнодорожного сообщения между Россией и Грузией через территорию Абхазии. Как пишет «Коммерсант», этот сценарий, имеющий очевидную экономическую привлекательность, сталкивается с фундаментальными политическими препятствиями, которые делают его труднореализуемым в текущих условиях.

Главные противоречия:

• Для Абхазии ключевым условием является либо признание её независимости Грузией, либо, как минимум, подписание соглашения о неприменении силы.

• Для Тбилиси любой формальный договор с участием абхазской стороны будет означать де-факто признание отделившегося региона, что неприемлемо для грузинских властей.

• Внутриполитический фактор в Грузии также играет решающую роль: тема территориальной целостности и возвращения Абхазии и Южной Осетии является частью национальной идеи. Любые шаги, которые могут быть истолкованы как отказ от неё, станут серьёзным ударом по рейтингу правящей партии.

Новый геополитический контекст:
Интерес России к разблокированию этих маршрутов усиливается на фоне глобальной конкуренции за транспортные артерии. Активизация проектов TRIPP (Транскаспийский международный транспортный маршрут, известный как «Средний коридор») и стремление США и ЕС усилить своё присутствие на Южном Кавказе делают для Москвы критически важным развитие собственного Международного транспортного коридора «Север–Юг».

В этой логике Абхазия и Южная Осетия рассматриваются как потенциальные узлы МТК «Север-Юг». Для реализации этого сценария потребуется:

1. Восстановление железнодорожного участка Очамчира – граница с Грузией (в Абхазии).

2. Строительство новой ж/д линии Алагир – Цхинвал и восстановление участка Гори – Цхинвал (в Южной Осетии и Грузии).

Автомобильная альтернатива:
Помимо железной дороги, существует проект восстановления Военно-Осетинской дороги. Её запуск дал бы России второй автомобильный маршрут в Грузию в обход перегруженной и лавиноопасной Военно-Грузинской дороги (единственного сейчас сухопутного коридора через «Верхний Ларс»).

Вывод:
Экономическая логика подталкивает все стороны к поиску компромисса. Однако политические противоречия остаются настолько глубокими, что их преодоление потребует нестандартных дипломатических форматов, которые устроили бы и Тбилиси, и Сухум, и Цхинвал, и Москву. Пока же транспортный потенциал региона остаётся запертым в геополитическом тупике.